ОЛЬГА ТУМАЙКИНА: «ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ НЕ СОМНЕВАЕТСЯ — ДУРАК»

Звезда «Женской лиги» Ольга Тумайкина сейчас блистает в одной из главных ролей в мюзикле «Зубастая няня» и соперничает с героиней Йовович в картине «Выкрутасы», которая 17 февраля выходит на экран.


 — Вы уже второй сезон играете одну из главных и самых ярких ролей в семейном мюзикле «Зубастая няня» по мотивам сказки «Волк и семеро козлят». Что вам дал этот проект? 


 — Мюзикл «Зубастая няня» — это проект, если говорить словами Булгакова, первой свежести и последней. Здесь эксклюзив кричит, в хорошем смысле. Это ни какая-то калька, а оригинальный продукт, придуманный хорошей головой. Есть компания прекрасных драматических артистов, которые и поют, и танцуют. Это Нонна Гришаева, Аня Ардова, Игорь Верник, Анатолий Журавлев, Андрей Носков и другие. 
Старая сказка разыгрывается на новый современный лад, но основным действующим лицом остается любовь. Нам даже стены помогают! Во Дворце на Яузе, в котором мы играем, в свое время Рязанов снимал «Карнавальную ночь». А такое кино оптимизирует твое существование в профессии.

 — Расскажите о вашей героине, гламурной Лисе Елизавете Листопадовой


 — Моя героиня при первом же появлении — это миссис комета. Она сама себя сделала. У нее есть свой бизнес — салон модной одежды «У Элизы». Ей хочется иметь все и сразу! А кто этим не грешит? Но я обожаю Лису за ее откровенность, она искренна в своих эмоциях. А детки в зале переживают за всех.
«Зубастая няня» и его вдохновитель, режиссер и продюсер Лина Арифулина поддерживают детей с ограниченными физическими возможностями. Так вот, приходят эти малыши в масочках, без которых они просто не могут дышать, для них спектакль — праздник, они сочувствуют всем героям.

 —Как вы оцениваете уровень благотворительности в нашей стране?


 — Государство недостаточно делает для обделенных детей. Но спасение утопающих, дело рук самих утопающих, поэтому общество должно прийти им на помощь. И мы видим примеры таких сообществ. Они появляются, одаряют заботой часть детей, появляются другие, помогают другой части. То, что делает Лина Арифулина, помогая детям своим мюзиклом «Зубастая няня», Фонд Тани Лазаревой, Тимура Бекмамбетова…
Дело Чулпан Хаматовой и Дины Корзун уже можно потрогать руками: на Ленинском проспекте вырастает комплекс из стекла и бетона. Ведь эти детишки страдают от дефицита общения, праздника. А ведь за каждым ребенком история. А какие они талантливые! Помню мальчика Мишу Курочкину, у него сложное заболевание, за год в больнице он приготовил мультфильм из пластилина.

 — А вообще, соглашаясь на роль, Вы чем обычно руководствуетесь


 — Вопрос: соглашаться или нет, у меня не в везении, стоит. Я работающая мама, при этом одинокая. Вопрос в другом — которое присутствует в моей жизни. Любое предложение несет какой-то определенный уровень. Я опираюсь на свою интуицию. У меня не было ни разу ошибочного выбора.

 — Но все-таки сложно совмещать работу в «Женской лиге» и драматические образы на сцене театра Вахтангова?


 — Если я в очень хорошем настроении, я сравниваю «Женскую лигу» с сериалом «Друзья», которые так же проводили на съемках огромное количество времени, с юмором и куражом рассказывали истории, в которых многие узнают себя. Конечно, этот проект приносит широкую известность.
Иногда я горюю о том, что мало кто может предположить, что я драматическая артистка, и хорошая артистка, и служу в одном из лучших театров страны — в театре им. Вахтангова. Что у меня есть работы у великолепных режиссеров Шахназарова, Тодоровского, Бекмамбетова. То, что меня назначили ответственной за юмор, в том числе благодаря проекту «Женская лига», ну что ж.
Тем более, что еще Чехов сказал, что сложно сыграть шутку. Но конечно, многие артистки хотят сыграть яркохарактерную роль, утратить красоту, предстать перед публикой в неожиданном образе.

 — В«Дядюшкином сне» вас, действительно, не узнать…


 — В спектакле «Дядюшкин сон» я играю пожилую полковницу, постоянно пьяную. Которая страдает от недооцененности, а ведь она-то знает о мире больше, чем все остальные. Роль исключительно характерная, я очень люблю эту пьесу Достоевского. В том числе за его высокий юмор, который присутствует у него в «Бесах»,«Братьях Карамазовых».
Здесь у меня грим волшебной собаки, как я его называю. У нас с гримерами уже есть свой птичий язык — говорю: «У меня алкоголические прожилки впитались», — и она мне багровит нос. Мне седят волосы так сильно, что однажды в театре не было воды, и мне в метро девушка место уступила. Было забавно.


 — Многие считают, что у театральных актеров нет рутины, это, действительно, так?


 — Да, один из шикарных плюсов этой профессии — отсутствие рутины. Суть актерской работы — препарирование человеческих отношений. То, что в офисе называется сплетнями, сложными взаимоотношениями, то в актерской среде, в режиме одной взятой пьесе, это можно рассказать и забыть.
Театр так многолик, что если сталкиваются какие-то интересы, то работа благодатно лечит. По крайней мере так есть в театре Вахтангова, где я служу. Здесь не уживаются интриги, им здесь не благоприятно. Делай, что должно и будь что будет, а будет хорошо — так учила меня мой мастер Алла Александровна Казанская. Она очень много знала. Она была одной из самых красивых дам Москвы 40-60-е, сыграла Нину в «Маскараде», была на пике, а назавтра началась война и ее взлет отложился. Это надо было пережить. Помогло правило: хвалу и клевету приемли равнодушно. Стараюсь поступать также.


 — Как вы обычно настраиваетесь к выходу на сцену?


 — Я люблю быть в театре задолго до спектакля. Непременно проверяю текст. Я смотрю, как готовятся мои коллеги. Предпочитаю, как говорила Майя Плесецкая, не нажираться перед спектаклем. Стакан чая, и дальше в задумчивости продолжаешь готовится, к примеру, к Достоевскому. Но это не значит, что актер должен быть голодным, это сказал голодный и пьяный шутник. На репетиции всегда меняю одежду на репетиционную, которая создает ощущение эпохи, меняю обувь, снег тающий с твоих каблуков, не даст возможности правильно себя чувствовать на площадке.

 — Многие сетуют на то, что хороших драматических ролей для женщин в кино гораздо меньше, чем для мужчин. Вы тоже так считаете?


 — Ориентация на мужчин в кино объяснить просто. Тут эксплуатируется их физическая данность. Взмахнуть рукой и ногой гораздо обаятельнее мужчине, чем женщине. На западе есть примеры подобных женщин, Джоли, Йовович, редко-редко Диаз. У нас сейчас потребительский момент цветет махровым цветом. С одной стороны все соскучились по очень нежным историям: борьба за любовь, поиски себя в жизни, установление характера.
С другой стороны все киносюжеты строятся по простой схеме: есть какая-то успешная, но несчастная в личной жизни героиня, а у нее есть подружка — фейерверк. Героиня крупным планом страдает, плачет одним глазом, и в финале, если позволит сценарист, выходит замуж. Я очень жестко отношусь к безалаберному отношению к жизненной природе, которая пестрит какими-то сюжетами. Примитив же, который льется из-под пера, вызывают только жалость.


 — Вы ведь росли в Красноярске. Как заболели театром, да так, что ради него приехали в Москву?


 — Когда я была маленькой девочкой, телевидение еще радовало театральными постановками. Помню свой восторг, когда посмотрела постановку старого МХАТа «Соло для часов с боем». Или спектакль «А дальше тишина» с Раневской и Плятом… В один прекрасный момент я просто поняла, что буду заниматься именно этим. Окончив школу, я сорвалась с места и приехала в столицу, где у меня не было никаких зацепок, связей и так далее.
Я просто знала, что я собираюсь стать актрисой, и этот выбор был для меня абсолютным. Я не собираюсь покорять Москву. У меня есть задачи, которые должны мне покориться. С Москвой мы до сих пор приспосабливаемся. Когда нечто громадное стоит возле тебя, нужно найти ума, чтобы уважительно относится к этому. Лаять на слона бессмысленно и часто наказуемо. Я приехала сюда без своего самовара, решив для себя, что уж на электрический чайник сумею заработать.

 — И заработали…Можете сказать, что в бытовом плане у вас уже все в порядке?


 — Мне грех жаловаться. Но знаете, на вопрос, добились ли вы всего, лучше опасаться отвечать. Нужно кланяться небесам все время, чтобы не дай Бог не устроили проверку.

 — Чем больше популярность, тем больше злословия. Еще страдаете от огласки истории, когда ваш гражданский супруг отсудил у вас вашу старшую дочь, запретив видеть ее?


 — Хочу совершенно официально заявить, что это была моя ошибка. Я думала, что если я заявлю об этой истории, то встанет какая-то сила, справедливая рука, и меня защитит. Этого не произошло. Мне не хватило прозорливости догадаться, что я запущу какую-то машину, которая меня до сих пор стыдит. Сейчас мы с дочерью встречаемся, не так часто, как хотелось бы…Я как русская женщина, смирилась.

 — Вы нашли для себя ответ, что нужно делать, чтобы у тебя не отняли ребенка?

 — Никто же не знает заранее о таком, иначе бы никакой гармонии и никакого покоя в жизни вообще не было. Но, увы, тенденция такова, и все больше мужчин способны на такого рода провокации. Хорошо было бы попытаться выстраивать отношения таким образом, чтобы та рука, которая держит за пазухой камень, не замахнулась на тебя. Для этого нужно хорошо знать законы и выпестовать уважение к себе и отцу своего ребенка. Когда даже притянутое за уши уважение по привычке в тебя врастет, вряд ли будет возможным этим двоим поступить таким образом, чтобы ребенок стал разменной монетой.


 — У вас ведь есть и младшая дочь, Маруся. Как у нее дела?


 — У малышки, ей сейчас 2 года, мы сейчас активно поощряем ее «Ой, изИните пожалуйста!». У нее начался период «я сама». Стараюсь нет ей не говорить. Потому что, если трижды сказать, нет, ты не сама, то во взрослой жизни умершая инициатива не даст возможности с удовольствием жить. Я глубоко убеждена.
Это мой характер был так устроен, что, несмотря на какие-то подножки, я продолжала двигаться в выбранном направлении. Я как вода из под камня. Ограничения в воспитании, конечно, должны быть. Их я определяю для себя так: вступаю, когда чувствую, что еще один шаг и будет существовать для моего ребенка опасность… Моя задача — вовремя оказаться рядом.


 — Вы помните, о чем мечтали в детстве?


 — В детстве я мечтала о том, что буду обладать особенными способностями. А потом я мечтала стать актрисой, я знала, что буду ей именно актрисой, театральной. Только не знала, что за это еще и деньги платят. Я-то думала, что актеры и спортсмены не получают зарплату. А еще, мечтала жить в Англии. Очень люблю страну, язык. Хочу выучить его, чтобы читать английских авторов в оригинале.

 — А о чем мечтаете сейчас? Может, есть желанная роль?


 — Я очень удобная артистка — я не мечтаю о ролях. Но, если говорит о возможных мечтах, то мне бы хотелось сняться в картине, которая бы потрясла воображение, сыграть героя, речь которого бы разобрали на цитаты. Мне очень нравятся масштабные проекты Кэмерона, мне нравятся его детские забавы, сюрпризы. Мне очень нравится сотрудничать с Бекмамбетовым. Меня увлекает его профессионализм и неслучайность этого человека на съемочной площадке.


 — Вы снялись у Бекмамбетова в картине «Елки», а сейчас вышел фильм «Выкрутасы», где он продюсер. Расскажите о вашей роли в последнем.


 — Я играю директора школы провинциального города. Я тайно и безнадежно влюблена в героя Хабенкого, этого недотепу. Он под моим началом, и моя героиня уже спланировала тихую свадьбу с ним, но вмешивается Москва и амбиции главного героя.

Мысли вслух


Несколько замечаний актрисы на разные темы.


Верное поведение актера в театре — быть довольным собой.

Актеры на сцене живут сообща. Как у рыцарей круглого стола: в служении друг другу мы становимся свободными. Гениальный тезис!

Я очень удобная артистка — я не мечтаю о ролях.

Любить себя — большое искусство. Если не предоставили это искусство в семье, где ты родился, нужно опираться на свои зачатки ума. Читать надо, смотреть надо, чтобы понять, как себя сохранить в этой жизни. 

Если лишить мужчин уверенности, что их юмор — это единственная и последняя инстанция, то жизнь для женщин станет печальнее. А вообще, чувство юмора — это прежде всего ум.

Я человек сомневающийся и утверждаю, что человек, который не сомневается — дурак. Самоуверенность нужно выдавать в жизнь гомеопатическими дозами.

Когда узнала, что Путин подписал мое назначение на звание народной артистки, я была рада, но думала, что так и должно быть.

Я полный профан в интернете. Мне говорили, что видели мою страничку в Контакте, но это не я.

Не люблю, когда мне говорят: будь проще и к тебе потянутся люди. Это пошло, пустой звук. Предпочитаю моментально устраняться.

16 февраля 2011

© Михаил Цитриняк, 2009-2019 | Все права защищены